Церковный раскол 17 века

Стремление овладеть Малой и Белой Россией вызвало религиозный раскол в России Великой. К расколу привела церковная реформа, осуще­ствленная патриархом Никоном, В 1653 г. он распорядился креститься тремя перстами, а не двумя, как прежде, и ввел иные изменения в право­славные обряды. Церковный собор 1654 г. одобрил реформу. Собор 1656 г. пригрозил за двоеперстие анафемой и отлучением от церкви.

Патриарх провозгласил, что исправляет обычаи по греческому образ­цу, возвращая русское православие к его первозданным, незамутненным истокам. Никон глубоко почитал греческое богословие, ненавидя в то же время «латинство». Самолично он уничтожал иконы западного письма. По его настоянию царь велел всем неправославным иностранцам — католи­кам и протестантам — выехать из Москвы. Им отвели территорию у город­ской черты, на реке Яузе, близ ручья Кокуй. Основанное здесь поселение стало называться Немецкой слободой; подобные резервации существова­ли при многих городах. (В истории Москвы она была четвертой по счету. Первая сгорела в 1571 г. во время крымского набега, вторую спустя семь лет разгромил Иван Грозный, третью уничтожил пожар 1611 г.)

На деле у греков, в Византии, сначала было единоперстие, потом, ко времени крещения Руси, появилось двоеперстие, и только в XIII веке его вытеснило троеперстие. Но Никону было недосуг разбираться во всех этих тонкостях. Патриарх решал политические вопросы. Россия была единственным независимым православным государством. Покровитель­ства царя стали искать другие православные народы: греки, сербы, укра­инцы, белорусы, грузины. С русской помощью они хотели избавиться от иноземного гнета. Восточные иерархи, приезжая в Москву, просили ос­вободить их от мусульманского «пленения», называли царя «новым Мои­сеем». В душе Алексея Михайловича эти призывы находили живейший отклик. Царь видел себя наследником византийских императоров. Ис­кренне верующий человек, он мечтал изгнать «неверных» из христиан­ской святыни — Константинополя. А Никон вознамерился стать духовным главой объединенного православного мира. Национально-обрядовые различия могли помешать достижению этой цели. Древнее благочестие пало жертвой личного тщеславия и глобальных задач.

Светская власть санкционировала религиозные преобразования. Реформа отвечала внешнеполитическим интересам России. То, что она началась в тот год, когда было принято решение о воссоединении с Ук­раиной, не являлось простым совпадением. Кроме того, при вступлении в 1652 г. Никона на патриаршую кафедру царь и бояре пообещали при­знавать его безусловный авторитет в вопросах веры. И не только. Во время войн с Польшей и Швецией, когда Алексей Михайлович находился на фронте, Никон управлял страной. Царь называл его «собинным дру­гом», видел в нем своего наставника, как прежде в Борисе Морозове. Но к концу 1650-х годов возмужавшего Алексея стало раздражать нена­сытное честолюбие Никона. В «симфонии» с монархом Никон хотел иг­рать ту же роль, что и Филарет в царствование Михаила. Однако Филарет опирался на право отца, Никон — на убеждение, что «священство выше царства», с чем «царство» не могло согласиться.

10 июля 1658 г. царский посланник велел Никону не именоваться «великим государем», (Этот титул ему присвоил ранее сам царь.) Отслу­жив вслед за тем обедню в Успенском соборе, Никон сообщил потрясен­ным прихожанам, что покидает патриарший престол. Об этом он напи­сал и царю, возможно, ожидая, что его будут просить остаться. Ответа он не получил. 12 июля Никон удалился в основанный им Новоиерусалим­ский (Воскресенский) монастырь под Москвой.

Но патриарший сан он не сложил. Раздоры в государственной церк­ви ободрили противников перемен. Русский человек считал свою страну оплотом истинной веры. Изоляция, в которой пребывала Россия и кото­рая вообще была свойственна азиатским странам (Китай и Япония, на­пример, оставались закрытыми для иностранцев до XIX века), могла только усилить такие представления. Теперь вдруг оказывалось, что в этой вере не всё истинно! В бесцеремонно и поспешно проведенной ре­форме приверженцы старины увидели руку Антихриста. Бродя по стране, они грозили вечной погибелью тем, кто примет трехперстное знамение, В 1666 г. церковный собор, наконец, сместил Никона, заодно прокляв духовного вождя старообрядцев протопопа Аввакума (1620-1682) и еще четырех «расколоучигелей». Патриархом был избран троицкий архиман­дрит Иоасаф. По решению собора Никона отправили в Ферапонтов мона­стырь под Вологдой. В 1681 г. царь Федор разрешил ему вернуться в Вос­кресенский монастырь. По дороге, 17 августа, Никон скончался.

Собор 1666-1667 гг. объявил еретиками и предал анафеме поборни­ков двоеперстия. На их головы обрушились жестокие кары. Их казнили, бросали в тюрьмы, ссылали в Сибирь. Аввакум был заживо сожжен, его духовная дочь боярыня Феодосия Морозова (1632-1675), вдова брата прежнего правителя, богатейшая женщина страны, уморена голодом в земляной яме темницы Боровского монастыря. Староверы отвечали бун­тами, нападали на церкви и монастыри.

Искоренить старообрядчество властям так и не удалось. Никонов­ская реформа навсегда расколола русскую церковь.

Похожие страницы