Созыв и разгон Учредительного собрания

На пути к абсолютной власти перед большевиками стояло серьезное препятствие — Учредительное собрание. Созыв народного представи­тельства с учредительными, конституционными функциями был давним требованием либерально-социалистической оппозиции, основным ло­зунгом самой популярной в стране партии — эсеров. Революционеры, пришедшие к власти в феврале, полагали, что только так можно поста­вить новый режим на прочное законное основание и дать старт карди­нальным реформам. Петроградский Совет уже 28 февраля призвал бо­роться за созыв Учредительного собрания. Временное правительство назначило его выборы на середину ноября.

Ленин и его соратники и его друзья в вердикте народа не нужда­лись. Свою октябрьскую победу они рассматривали как историческую закономерность, а, согласно марксистскому учению, колесо истории не имеет заднего хода. Такой взгляд делал выборы совершенно излишними.

Но запретить выборы было чересчур рискованно для неокрепшей диктатуры пролетариата. Состоялись они в назначенный срок и были организованы самым демократическим образом, без всех тех запретов, ограничений и привилегий, которыми были обставлены выборы Госу­дарственной думы. Выборы Учредительного собрания проходили по пар­тийным спискам, на основе всеобщего, равного, прямого и тайного голо­сования. Поэтому их итоги точно засвидетельствовали симпатии народа. Подавляющая часть избирателей высказалась за социализм и демокра­тию. Победу одержали эсеры, стремившиеся к обеим этим целям. Партия социалистов-революционеров получила 39,5 % голосов и, вкупе с мень­шевиками и социалистами национальных окраин, более половины депу­татских мест. Большевики заняли второе место с 22,5 % голосов. Вместе с левыми эсерами они владели 28% мандатов. Однако большевики выиг­рали в стратегически важных пунктах: Петрограде, Москве, крупных промышленных городах европейской части страны, ближайших к столи­цам Северном и Западном фронтах, тыловых гарнизонах. За большеви­ков голосовало большинство рабочих, солдат и матросов. За эсерами шли в основном крестьяне и окраины.

Отменить результаты выборов большевики не решились. Совнарком постановил созвать Учредительное собрание 5 января 1918 г. На 8 января ВЦИК назначил III Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Очевидным образом он созывался в противовес Учредитель­ному собранию. Такое обстоятельство сулило парламенту недолгую жизнь. Теперь у Ленина и компании теперь оставался только один способ сохранить власть — разогнать парламент. К этой позиции склонились и левые эсеры.

23 декабря в Петрограде было введено военное положение. В боевую готовность были приведены подразделения Красной гвардии, верные Совнаркому полки столичного гарнизона. В город прибыли самые пре­данные большевикам части: сводный отряд матросов Балтийского флота и полк латышских стрелков.

Большевики не скрывали своих намерений, рассчитывая запугать оппозиционных депутатов. Эсеры были готовы оказывать сопротив­ление, но только ненасильственными методами. Лидер этой партии В. М, Чернов теоретически обосновывал такую политику: «Мы не хотели в Петрограде ни в коем случае подавать повода к вооруженному столк­новению. Надо было морально обезоружить хотя бы часть находящихся в распоряжении большевиков. Для этого мы пропагандировали демонст­рацию гражданского населения абсолютно безоружную, против которой было бы нелегко употреблять грубую силу».

С подобными аргументами эсеровские эмиссары явились в Семе­новский полк. Простые солдаты смотрели на ситуацию более трезво, не­жели руководители крупнейшей партии. «Что вы, смеетесь, что ли над нами, товарищи? — сказали они. — Вы приглашаете нас на демонстра­цию, но велите не брать с собой оружия. А большевики? Разве они малые дети? Ведь будут, небось, непременно стрелять в безоружных людей. Что же мы, разинув рты, должны будем им подставлять наши головы или прикажете нам улепетывать тогда как зайцам?»

Утром 5 января депутаты направились в Таврический дворец. К цен­тру города, под лозунгом «Вся власть Учредительному собранию!» высту­пили из девяти сборных пунктов колонны его сторонников. Как царские войска в 1905 г., большевики встретили демонстрацию огнем. Двена­дцать человек было убито, десятки ранены. Подавив волнения, Ленин позволил открыть заседание парламента. К оппозиционным депутатам присоединились фракции большевиков и левых эсеров, обеспечив необ­ходимый кворум. По воспоминаниям управляющего делами Совнаркома В. Д. Бонч-Бруевича, Ленин в тот день «волновался и был мертвенно бле­ден…, как никогда». Основания для столь острых переживаний у него имелись. Власть его висела на волоске.

Первое и последнее заседание Учредительного собрания проходило под гвалт занявших галереи для публики пьяных солдат и матросов, сту­чавших прикладами, лязгавших затворами, целившихся в ораторов, ка­кофонию свистков и трещоток служащих большевистского аппарата, за­севших в дипломатической ложе. Участвовало в заседании немногим более 400 депутатов. Большинство было у эсеров. Им удалось избрать Чернова председателем собрания. За него проголосовало 244 депутата. Кандидатура Марии Спиридоновой (1885-1941), председателя ЦК левых эсеров, поддержанная большевиками, получила 153 голоса.

Председатель ВЦИК Яков Свердлов (1885-1919) предложил Учреди­тельному собранию принять «Декларацию прав трудящегося и эксплуа­тируемого народа». В ней говорилось, что Россия является Республикой Советов, что только им должна принадлежать государственная власть, что Учредительное собрание должно ограничиться разработкой «основа­ний социалистического переустройства» общества, утвердить декреты Совнаркома и разойтись. Оппозиционное большинство отказалось по­ставить «Декларацию…» на обсуждение, ясно выказав тем самым наме­рение остаться. После этого большевики покинули Собрание, ночью их примеру последовали левые эсеры.

На заседании Совнаркома, состоявшемся тут же, в министерском павильоне, решено было, по предложению Ленина, дать депутатам выго­вориться, свободно выпускать всех из Таврического дворца, но обрат­но никого не впускать. Оставив соответствующее распоряжение, Ленин уехал в Смольный, Начальник караула матрос Анатолий Железняков по­пытался ускорить события. В четыре часа угра он подошел к Чернову, сказал, что «караул устал» и потребовал закрыть заседание. Угрозы никто не испугался, работа продолжалась еще час. Депутаты приняли закон о земле, объявивший ее народным достоянием, постановление о государ­ственном устройстве России, провозгласившее ее демократической фе­деративной республикой, обращение к союзным державам, призывав­шее «приступить к совместному определению точных условий демокра­тического мира» и выражавшее сожаление по поводу начатых с Герма­нией сепаратных переговоров. Назначив следующее заседание на 17 часов 6 января, депутаты разошлись.

Однако оно не состоялось. Таврический дворец, как в 1906 г., блоки­ровали войска, только уже не царские, а революционные. 6 января декре­том ВЦИК Учредительное собрание было распущено. Главная большеви­стская газета «Правда» оповестила население, что «гиены капитала и их наемники» хотели «вырвать власть у рабочих, солдат и крестьян», но что «Советская власть отразила удар».

Страна довольно вяло отреагировала на разгон парламента. Кое-где состоялись демонстрации протеста, их быстро разогнали. Люди слишком устали от войны и революции. Но теперь уже всем, даже эсерам, стало ясно, что миром большевики не уйдут. Многие депутаты покинули Пет­роград, уехали в провинцию и возглавили вооруженную борьбу с боль­шевиками. Роспуск Учредительного собрания подлил масла в огонь раз­горавшейся Гражданской войны.

К марту 1918 г. Советская власть установилась на большей части страны. Миллионы рабочих, солдат и матросов, озлобленных войной и нищетой, составили социальную базу коммунистической революции. Тем не менее победа большевиков не была фатально предопределена. Дорогу большевикам расчистили последовательные провалы всех аль­тернативных политических сил — монархистов, либералов, правых кон­серваторов, умеренных социалистов.

Похожие страницы

Предложения интернет-магазинов