Отечественная война 1812 года. «Священный союз»

При Александре изменилась и внешняя политика России. Восстано­вив отношения с Англией, она вновь вступила в конфронтацию с Фран­цией. Непрерывные, угрожающие всей Европе наполеоновские завоева­ния не оставили царю иного выбора.

В сражениях при Ульме, Аустерлице, Иене, Ауэрштадте Наполеон разгромил армии Австрии, России, Пруссии. Зато в Трафальгарской бит­ве в 1804 г. английская эскадра под командованием адмирала Г. Нельсона уничтожила франко-испанский флот, лишив Наполеона возможности высадиться на Британские острова. Тогда Бонапарт установил «конти­нентальную блокаду» Англии: запретил европейским странам торговать и поддерживать с ней любые иные отношения.

2 июня 1807 г. французы разбили русские войска у Фридланда в Вос­точной Пруссии и вышли к границам Российской империи. Нависшая над нею угроза заставила Александра пойти на переговоры с Наполео­ном. 13 июня на плоту на середине реки Неман у города Тильзита (ныне Советск Калининградской области) государи встретились с глазу на глаз. 25 июня 1807 г. они в Тильзите подписали мир. Россия признала все за­воевания Наполеона. На отнятых у Пруссии польских землях создавалось герцогство Варшавское. Его главой провозглашался ставленник Бонапар­та — саксонский король. Таким образом, герцогство превращалось во французский форпост у русских границ.

Кроме того, монархи заключили секретный договор о военном сою­зе. Каждая из сторон обещала помочь другой, если та вступала в войну. Россия присоединилась к континентальной блокаде и объявила Англии войну, не воплотившуюся, однако, в боевые действия.

Неудачи русской армии и тяжелый для России Тильзитский мир по­дорвали авторитет Александра. Разрыв с Англией, основным торговым партнером России, непосильным бременем лег на ее экономику. Почти вдвое сократился объем внешней торговли, в 2,5 раза снизился курс бу­мажного рубля.

Тактика Александра имела свои резоны. Нужно было выиграть время, чтобы оправиться от поражений. Однако общество не понимало полити­ки царя, а он был вынужден скрывать свои намерения. Перед Алексан­дром замаячил традиционный для России призрак дворцового перево­рота. Император решил восстановить тайную полицию. Еще перед вой­ной 1805 г. для контроля за настроениями общества был создан комитет из трех лиц. Теперь он превратился в постоянное учреждение и получил право перлюстрации (просматривания) частных писем.

Следствием Тильзитского мира стала русско-шведская война 1808­1809 гг. Она была нужна Александру, чтобы повысить свой престиж, ее требовали и стратегические соображения. Союз с Францией мог повлечь за собой нападение ее противников, Англии и Швеции, на Россию. Фин­ляндия, тогда шведская провинция, становилась бы удобным плацдар­мом для атаки на Петербург.

Нельзя было исключать, что в подобном качестве ее постарается ис­пользовать и Наполеон. Ценой больших потерь русские войска в 1808 г. захватили Финляндию, а затем через ее территорию и замерзший Бот­нический залив вторглись в Швецию, В 1809 г. в городе Фридрихсгаме был подписан мир. Финляндия с Аландскими островами вошла в состав России, получив автономию; Швеция присоединилась к континенталь­ной блокаде.

С 1806 г. Россия воевала с Турцией. Перелом наступил в 1811 г., когда М. И. Кутузов (1747-1813) разбил турок под Рущуком и Слободзеей. В мае 1812 г. он подписал в Бухаресте мирный договор, по которому Россия забрала Бессарабию.

Эти успехи, впрочем, могли служить Александру слабым утешением. Завершив победой очередную войну с Австрией в 1809 г., Наполеон дос­тиг зенита своего могущества. Западная и Центральная Европа лежали у его ног. Однако у него оставались два опасных соперника — Англия и Россия. В нарушение континентальной блокады, они возобновили тор­говлю, перевозя товары на судах под нейтральным флагом. В 1811 г. Бо­напарт стал подтягивать войска к границам России. Для французского императора она стала главным препятствием на пути к завоеванию Анг­лии и мировому господству.

12-15 июня 1812 г. 450-тысячная наполеоновская армия пересекла Неман и вторглась в российские пределы. За ней последовали еще 200 тысяч солдат и офицеров второго эшелона. Французы составляли только половину этого войска; в нем, как у монголов, были контингенты из всех покоренных стран. Наполеон хотел разбить русскую армию по час­тям в пограничных сражениях и навязать Александру мир, превращаю­щий Россию в своего вассала. Всю русскую кампанию Бонапарт собирался завершить за месяц.

В российском руководстве обсуждались разные варианты борьбы с Наполеоном: ударить по французским владениям через Балканы, захва­тить герцогство Варшавское, поднять восстание в Пруссии, пока Бонапарт сражается с испанскими партизанами и т. д. Но когда выявилось превос­ходство противника в силах, от наступательных планов пришлось отка­заться. Силою обстоятельств русским пришлось избрать «скифский» спо­соб ведения войны: заманивать врага вглубь страны, изматывать его не­ожиданными ударами и, в конце концов, нанести решающее поражение.

До последнего момента русское командование не знало, где фран­цузы нанесут главный удар. Поэтому войска на западной границе были рассредоточены. Первая армия (120 тысяч человек) под командованием военного министра М.Б.Барклая деТолли (1761-1818) находилась в Литве, Вторая армия (48 тысяч) под командованием П. И. Багратиона — в Белоруссии, Третья армия (45 тысяч) под командованием А. П. Торма- сова — на севере Украины. Значительно уступая противнику по числен­ности, армии Барклая и Багратиона стали отходить, стремясь соединить­ся. Наполеон шел между ними, не давая им сблизиться.

Был момент, когда расстояние между русскими армиями достигало 270 километров. И всё же, ведя упорные арьергардные бои, они смогли оторваться от противника и 20-22 июля соединиться в Смоленске. Два дня затем защищали город корпуса Н. Н. Раевского и Д. С. Дохтурова, прикрывая отход главных сил.

В Смоленске (а еще раньше в Витебске) Наполеон хотел было оста­новиться. Он понимал риск, связанный с продвижением вглубь враже­ской территории. Растягивались коммуникации, ухудшалось снабжение, от болезней и дезертирства «Великая армия» таяла на глазах. Из Смолен­ска французский император направил Александру предложение заклю­чить мир. Не дождавшись ответа, Бонапарт вновь погнался за русской армией.

Между тем никто из русских стратегов не предвидел, что отступле­ние так затянется. Отходить более армия не желала. Солдаты говорили об измене исполняющего обязанности главнокомандующего «немца» Ми­хаила Барклая де Толли (в действительности потомка обрусевших шот­ландцев). Генералы требовали его смещения. В то же время стало оче­видным, что необходимо все войска подчинить единому руководству. По решению царя в Петербурге был создан Чрезвычайный комитет по вы­бору главнокомандующего. Единодушно он рекомендовал назначить на эту должность Михаила Кутузова. Дворянство видело в старом воена­чальнике спасителя Отечества. Александр не слишком высоко оценивал его способности, но, «умывая руки», уступил желанию «публики». 8 ав­густа Кутузов был назначен главнокомандующим. Откровенно он сказал, что надеется «не победить, а обмануть» Наполеона. Так и случилось, хо­тя, вероятно, французский император в большей степени стал жертвой самообмана.

17 августа Кутузов прибыл в штаб-квартиру Первой и Второй армий, в село Царево-Займище, отверг предложение Барклая дать здесь сраже­ние и велел продолжить отступление. Но уже через четыре дня, у деревни Бородино близ Можайска, в 124 километрах от Москвы, Кутузов остано­вился: сдать столицу без боя было нельзя.

Русский полководец планировал обороняться, с тем, чтобы нанести врагу максимальный урон. Наполеон стремился разгромить русскую ар­мию. Она насчитывала около 150 тысяч человек (из них регулярных войск 113-114 тысяч) и 624 орудия. У Бонапарта было 135 тысяч человек и 587 орудий. 24 августа после упорного боя французы взяли передовое русское укрепление — Шевардинский редут. Через день, 26 августа 1812 г., разгорелось Бородинское сражение. Битва продолжалась 12 часов: с шес­ти утра до шести вечера. Атаки французов чередовались с контратаками русских. Погибли 16 генералов: четверо русских, двенадцать французских. Багратион был смертельно ранен, под Барклаем (сохранившим командо- вание Первой армией) было убито пять лошадей, были убиты или ране­ны девять из двенадцати его адъютантов. После серии атак французы заняли «багратионовы флеши» — палевые укрепления, оборонявшиеся Второй армией. В четвертом часу французская кавалерия неожиданной атакой захватила главный опорный пункт русской позиции — Курганную высоту, где располагалась «батарея Раевского» (входившая в состав его корпуса). Бои на других участках фронта продолжались еще два-три часа, после чего русские отступили.

Исход Бородинского сражения остался неопределенным. Французы завладели полем боя, понесли меньшие, чемтіротивник, потери: 35 ты­сяч убитых и раненых против 45-50 тысяч у русских. Однако своей стра­тегической цели — уничтожения русской армии — Наполеон не достиг. На ход кампании Бородинская битва не повлияла. Русские продолжили отступление по Можайской дороге.

1 сентября в деревне Фили состоялось совещание высшего генера­литета. Барклай предлагал оставить Москву, с тем чтобы сберечь армию.Беннигсен настаивал на том, чтобы принять бой. Мнения разделилисьпополам. Решение принял Кутузов. «С потерею Москвы не потеряна Рос­сия», — сказал он. По его приказу русские войска 2 сентября прошли че­рез Москву и двинулись на юго-восток.

При отступлении Кутузов совершил маневр, вошедший в историю военного искусства и получивший название Тарутинского. Отряды каза­ков разжигали по ночам тысячи костров, инсценируя движение русской армии по Рязанской дороге. Сама же она свернула на Калужскую и стала лагерем в селе Тарутино, прикрыв Калугу с ее складами продовольствия и обмундирования, Тулу и Брянск с их оружейными заводами. Несколько дней французы не знали, где находятся войска Кутузова.

2 сентября на Поклонной горе Наполеон ждал делегацию «москов­ских бояр» с ключами от города. Такие церемонии всегда происходили,когда он занимал столицы западноевропейских государств. Но из Моск­вы к французскому императору никто не вышел. Древняя столица былапуста. Город покинули почти все его жители.

Французы вступили в Москву. В ту же ночь в городе начались пожа­ры. Москва была подожжена по приказу ее губернатора Федора Ростоп­чина, подпалившего собственный дом и велевшего увезти пожарников со всем их снаряжением. Свой вклад в пожар внесли и костры, разво­дившиеся французами, и распоряжение Кутузова уничтожать те склады с военным имуществом и провиантом, которые невозможно было эвакуи­ровать. Сгорело 3/4 домов, и среди них университет, Кудринский вдовий дом с сотнями раненых русских солдат.

Пожар Москвы явился лишь апофеозом стихийно применявшейся русскими тактики выжженной земли. При подходе неприятеля крестьяне поджигали свои деревни, угоняли скот, прятали хлеб, шли в леса, созда­вая партизанские отряды.

Но, в отличие от Ростопчина, Кутузов не хотел обращать перво­престольную в пепелище. Замысел главнокомандующего заключался в другом: заманив противника в Москву, выиграть время для восстанов­ления сил.

Этот замысел полностью удался. Хотя пожар сделал Москву мало­пригодным для жизни городом, Наполеон занял столицу и решил, что победа у него в кармане. 36 дней он стоял в Москве, вмесго того, чтобы преследовать русскую армию. «Московское стояние» оказалось фаталь­ной ошибкой французского императора, обусловившей проигрыш им всей кампании. Он просто не осознал, что находится не в небольших го­сударствах Европы, а в бескрайней России с ее неисчерпаемым тылом. Отчаявшись увидеть русских послов «с повинной головою», он обратился к Александру с предложением начать мирные переговоры. Дважды по­вторял Наполеон это предложение. Вопреки многочисленным рекомен­дациям, ни на одно царь не дал ответа.

Наконец, 7 октября стотысячная «Великая армия» направилась на юг. Бонапарт собирался взять Калугу, затем отойти в Смоленск, там пере­зимовать и привести войска в порядок. Покидая Москву, он приказал взорвать Кремль, собор Василия Блаженного, дворцы и монастыри. Часть фитилей подмочил дождь, часть перерезали русские. Повреждены были лишь несколько зданий Кремля.

Партизаны капитана Александра Сеславина обнаружили движу­щуюся к Калуге армию Наполеона. Немедленно Сеславин доставил это известие русскому командованию. Тут же русская армия выступила на­перерез французам, к Малоярославцу. 12 октября здесь состоялся упор­ный бой между передовым русским отрядом и французским авангардом. Город двенадцать раз переходил из рук в руки. Все же французы захвати­ли его, но атаковать отступившую к югу русскую армию Наполеон не от­важился. Сражение за Малоярославец явилось поворотным пунктом кампании. С этого момента французы начали отступать по разоренной войной Старой Смоленской дороге. Кутузов шел параллельно противни­ку, уничтожая его отставшие части. Значительные потери французы по­несли в битвах под Вязьмой и у города Красный. Немалый урон нанесли им партизанские отряды. Но больше всего людей они потеряли из-за голода, морозов, болезней. Длительной войны Наполеон не ожидал, и у Великой армии не было зимней одежды.

В боях при переправе через Березину погибли десятки тысяч фран­цузов. Во Франции название этой реки стало синонимом катастрофы. В декабре русскую территорию покинули остатки прежде грозного войска: 20-30 тысяч солдат и офицеров. Тяжек был и русский урон: на пути от Та­рутина до Вильно армия Кутузова потеряла более 60 % своего состава.

Теперь нужно было определить: что делать дальше? Остановиться у своих границ или преследовать Бонапарта? Многие, в том числе Кутузов, склонялись к первой точке зрения. Они утверждали, что страна разорена, что потери слишком велики, что устранение Наполеона невыгодно Рос­сии и только усилит позиции Англии. Но Александр решил иначе. Импе­ратор был убежден, что пока Бонапарт правит Францией, ни Россия, ни любая другая европейская страна не будет в безопасности.

Русская армия двинулась на запад. Почти сразу против Франции вы­ступили Пруссия, Австрия, Англия, Швеция. Боевые действия шли с пере­менным успехом, но затем сказался количественный перевес коалиции. В октябрю 1813 г. союзные войска, намного превосходя врага по численно­сти (316 тысяч против 190 тысяч) и артиллерии, выиграли «битву наро­дов» под Лейпцигом. В марте 1814 г. союзники заняли Париж.

Наполеон отрекся от престола. Демонстрируя великодушие, — не в последнюю очередь ради того, чтобы подчеркнуть свой контраст с Бона­партом, — Александр недальновидно настоял на чрезвычайно мягких условиях отречения. Наполеон получил в пожизненное владение остров Эльбу в Средиземном море, куда и был отправлен. Во Франции была вос­становлена династия Бурбонов, хотя феодальные порядки не были рес­таврированы. Более того, под давлением Александра Людовик XVIII про­возгласил конституционную хартию.

18 мая 1814 г. в Париже четыре державы-победительницы — Англия, Австрия, Пруссия, Россия — подписали с Францией мир. Ее территория сводилась в основном к границам 1 января 1792 г. В соответствии с тем же договором в сентябре 1814 г. в Вене открылся конгресс европейских государств (кроме Турции). С поражением врага вскрылись, как положе­но, противоречия между победителями. Восстановлению единства коа­лиции поспособствовал сам Наполеон: 6 марта 1815 г. он бежал с Эльбы, высадился во Франции, благодаря почти единодушной поддержке фран­цузского народа дошел до Парижа и захватил власть, как оказалось, на сто дней.

Страх перед Наполеоном ускорил работу конгресса. 28 мая 1815 г. его участники подписали Заключительный акт, восстановивший старые династии и установивший новые европейские границы. В той или иной степени были вознаграждены все страны, боровшиеся с Бонапартом, и щедрее других — Россия. Александр получил то, что хотел: большую часть герцогства Варшавского. На этой территории учреждалось Царство Польское. Царем его становился русский монарх; с Россией оно было связано только личной унией.

А 6 июня английские и прусские войска в битве у деревни Ватерлоо в Бельгии нанесли окончательное поражение Наполеону, Он был сослан на остров Святой Елены у западного побережья Африки, где и умер.

Победа над Францией значительно усилила могущество России. Со­перничать с ней могла только Англия. Александра, вдохновителя анти­наполеоновской коалиции, сравнивали с Агамемноном — «царем царей» из гомеровской «Илиады», предводителем осаждавшего Трою греческого войска. Желая закрепить эту роль, обеспечить мир и порядок в Европе, Александр учредил «Священный союз» монархов и сам сочинил акт о его создании. 14 сентября 1815 г., в Париже, перед отъездом из столицы по­верженного врага, этот документ подписали государи России, Австрии, Пруссии. К союзу присоединились монархи всех христианских стран Ев­ропы, кроме Британии. Акт возвещал, что монархи будут относиться друг к другу как братья, к своим подданным — как отцы, будут управлять ими в соответствии с христианскими заповедями и видеть в них членов «единого народа христианского», будут помогать друг другу «во всяком случае и во всяком месте».

«Во всяком случае» — значит, и при опасности со стороны подданных. Пять лет спустя, когда в европейских странах вспыхнули революции, а Александр расстался со своими либеральными увлечениями, Священный союз превратился в инструмент международной реакции. Руководству­ясь принципом легитимизма (законности), т. е. сохранения статус-кво, существующего положения, конгресс Священного союза в Троппау—Лайбахе (1820-1821) дал санкцию Австрии для подавления революций в Неаполе и Пьемонте, конгресс в Вероне (1822) позволил Франции направить вой­ска против испанской революции.

Контрреволюционный фронт был, однако, непрочным. Соперниче­ство великих держав привело к распаду Священного союза. Революцион­ное же выступление произошло вскоре в самой России.

Похожие страницы

Предложения интернет-магазинов