Архаизмы в современных текстах

Читая старые тексты, мы встречаем в них слова, представляющиеся нам устаревшими. Однако стилистическая окраска таких слов различна. Приведенные выше примеры архаизмов лексико- фонетических, лексико-словообразовательных, семантических, фразеологических в большинстве своем не были архаизмами для авторов, их употреблявших. Л. Толстой писал нумер, соревновать, Тургенев — ерань, Лесков — карандашовые, Гоголь — резинные, Пушкин употреблял слово доверенность в тех случаях, когда мы сказали бы доверие. Л. Толстой и Некрасов употребляли существительное присутствие в смысле «государственное учреждение» и т. п. В те времена это были живые слова, слова активной лексики, без малейшего оттенка устарелости, и поэтому никакой особенной стилистической роли в языке художественных произведений они не играли.
Но слова перст, отверзлись, зеницы и для Пушкина были устаревшими, и поэт употреблял их для придания стиху торжественного звучания: Перстами легкими, как сон, моих зениц коснулся он. Отверзлись вещие зеницы, как у испуганной орлицы.
Ниже будут рассмотрены только архаизмы, стилистически окрашенные.
В исторических произведениях (романах, повестях, стихотворениях) архаизмы часто употребляются для стилизации старинной речи. Такая стилизация может иметь место как при передаче речи действующих лиц, так и в языке автора: Виват! Господину бомбардиру виват! С великой викторией!; Царь двумя перстами брал обритых за щеку (А. Н. Т.); Зело кормильца занимала сия персидская игра (Д. К.); Прожект был только начат (А. Платонов).
Другая функция архаизмов в современных текстах — придание речи торжественного, высокого, поэтического звучания. Правда, в современной поэтической (а тем более прозаической) речи такое употребление архаизмов встречается довольно редко (во много раз реже, чем в стихах поэтов XVIII—XIX веков: Державина, Пушкина, Тютчева и др.). Последним русским поэтом, широко употреблявшим «высокие» архаизмы, был Блок: Доколе матери тужить? Доколе коршуну кружить?; Есть немота — то гул набата заставил заградить уста; И в зареве его — твоя безумна младость; Пусть укрыла от дольнего горя утонувшая в розах стена; Но будят ночь все тем же гласом — стальным и ровным — поезда! Довольно часты «высокие» архаизмы в стихах С. Есенина: Легким взмахом белого перста тайны лет я разрезаю воду; Я хочу быть отроком светлым; Звени, звени, златая Русь; Пью я сухими устами ветер благоуханный.
У поэтов современных в узком смысле этого слова (т. е. у поэтов 50—70-х годов) высокие архаизмы — редкое явление, причем «набор» их небогат: очи, чело и немногие другие:
Жизни пить все короче. Ночью смотрят глаза, Мудрой Азии очи, Как степная гроза.
(Луг.)
Ты молчишь, любовь моя и вера: Думаешь, я так — из озорства? Нет, и днесь решают у барьера Вечный спор любви и воровства!
(Н. Панченко)
Все воины, войны —
мировая первая, Гражданская,
вторая мировая, По так же, так же инвалиды пели, Невидящие очи раскрывая.
(Евтуш.)
Она, как озеро, лежала, стояли очи, как вода, и не ему принадлежала, как просека или звезда. И звезды по небу стучали, как дождь о черное стекло, и, скатываясь, остужали ее горячее чело.
(А. Вози.)
Архаизмы довольно часто используются в современных текстах для насмешки, для осуждения, как одно из средств иронии, сатиры и юмора: Обыватель любопытен, все узнать бы о пиите! (Маяк.); И вот отворяются магазинные врата: стульев нет. Столов нет (Л. Л.); Прошу вас на танцплощадку. Прошу вас к этому мощному магниту, который притягивает к себе молодых людей в городах и весях (Л. Л.; весь — деревня).
Итак, архаизмы используются в современных текстах:
1) для стилизации речи прошлых эпох; 2) для придания речи (чаще всего поэтической) приподнятого, возвышенного звучания; 3) для иронии, осуждения, насмешки.
Историзмы и архаизмы иногда «возрождаются», становясь живыми, активными словами языка.
Слово обществоведение в «Словаре русского языка» С. И. Ожегова (изд. 4-е, 1960 г.) толкуется как «наука об обществе» (устар.), в 20—30-е годы XX века — «предмет школьного преподавания, посвященный общественно-политическим наукам». Это слово долго было историзмом и вернулось в активный словарь сравнительно недавно, когда обществоведение снова стали преподавать в школах. Было историзмом, вернулось в активный словарь и снова стало историзмом слово совнархоз.
В последнее время в печати все чаще и чаще встречаются слова, снабженные в толковых словарях пометой устар., т. е. устаревшие.
Нарастающая частота употребления того или иного устаревшего слова в непоэтической, несатирической речи ведет к возрождению архаизма.
Следует, однако, помнить, что архаизм, возрождаясь, не становится нейтральным словом. Возрожденные архаизмы все же сохраняют либо «высокую» окраску, либо оттенок иронии, осуждения. Так, слово вояж (путешествие, поездка) употребляется в современной газетной речи тогда, когда говорится о поездках, к которым мы относимся отрицательно, осуждающе. Не случайно это существительное встречается чаще всего в таких сочетаниях, как «Вояж Макнамары», «Вояж южновьетнамской марионетки» и т. п. Иногда журналисту изменяет чутье языка, и в газетах появляются тексты вроде следующего: В последний день мая сразу пять наших команд отправляются в заграничные вояжи, или: Следует отметить успешный вояж «Алги» по Пакистану («Алга» — советская футбольная команда). Не следует употреблять слово вояж в «неосуждающих» текстах.
Очень часто и порою без надобности употребляют журналисты наречие ныне (характеризуемое «Толковым словарем русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова как «книжное устаревшее») в значении «в настоящее время, сейчас». Активизировавшееся слово ныне требует общего высокого звучания текста (в «Словаре русского языка» С. И. Ожегова, изд. 4-е, это слово снабжено пометой «устаревшее и высокое»). Между тем в газетных материалах оно сплошь и рядом употребляется (опять-таки без надобности) в текстах, не требующих высоких слов: Одна из серьезных город-ских проблем — борьба с загрязнением воздуха промышленными предприятиями. Ныне стало меньше дымящих труб. Но копоти и гари все еще много; Ныне призеры «Крестьянки» известны; Солидный трудовой стаж у конюха Василия Павловича Пшеничного. Прасковья Ивановна много лет работала дояркой, потом свинаркой. Ныне супруги — пенсионеры колхоза. Во всех этих случаях более уместно было бы слово сейчас.
Не уловили иронического звучания слова столп авторы путеводителя «По Волге» (М., 1966): С Калязином связаны имена двух столпов русской литературы. Далее выясняется, что речь идет о Крылове и Салтыкове-Щедрине.

Похожие страницы

Предложения интернет-магазинов